Экспортёры русского лома сетуют на трудности с таможней из-за профилей риска и экспортных пошлин. Ситуацию ухудшают банки, которые в всякую минутку могут закрыть счета ломопереработчиков либо ограничить снятие наличных средств высочайшими процентами. О дилеммах на рынке металлолома сказал директор MIR-EXPO» Виктор Ковшевный.

Профили риска

– Там, где происходит приёмка, на таможенных пт, всё без заморочек: там люди – спецы, могут чётко найти, что является каким ломом. А далее происходят чудеса. К примеру, в Балтийской таможне, в какой не лицезреют лома, молвят: «Мы не убеждены, что этот тот лом, который вы декларируете. Допустим, это дюралевый либо нержавеющий, из спецсталей». Далее берутся пробы, и всё это разбирательство обычно растягивается на полгода, – ведает Виктор Ковшевный, директор некоммерческого партнерства «Национальная саморегулируемая организация переработчиков лома и отходов чёрных и цветных металлов, утилизации тс «Руслом.ком».

Если у компании уже стоит судно под погрузкой, то оно вынуждено заплатить по профилю риска по наибольшей ставке – будто бы это дюралевый лом, а там, по словам Виктора Ковшевного, «ставка пошлины просто дикая».

– Дюралевый лом стоит в разы больше, чем чёрный лом. Естественно, там и ставка в разы больше, чем у чёрного лома. В конечном итоге выходит, что экспортёры часто обязаны заплатить в два-три раза больше, чем цена всей партии лома, – отмечает участник рынка.

Эти средства им позже возвратятся, если экспертиза подтвердит, что они сдавали то, что декларировали. Но в наилучшем случае возвратятся через полгода. Неувязка с профилями риска животрепещуща, в особенности для Санкт-Петербурга, отмечает собеседник.

Экспортные пошлины

Другая неувязка с таможней связана с экспортными пошлинами. В Рф, в отличие от многих других государств, например, США и Стране восходящего солнца, установлены пошлины на вывоз лома. Это большая нагрузка для переработчиков, потому пошлину обычно платит клиент.

– Ранее, когда заключались договоры, забугорные покупатели брали на себя расходы на экспортные пошлины. В договорах так и прописывали, что оплата пошлины осуществляется за счёт покупателя. На данный момент, по новенькому таможенному закону, оплачивать пошлины могут только русские компании. Потому забугорные заказчики стали указывать в договорах, что поручают экспортёрам оплату таможенные пошлины, и переводить им средства для оплаты. Таможня гласит, что цена лома в связи с этим – это уже не та стоимость, которую компании указали в договоре, а цена груза плюс таможенная пошлина. И доначисляет таможенные пошлины за три года. В конечном итоге наши компании становятся неконкурентоспособными на наружных рынках. Это неувязка, которая разворачивается практически на очах, – ведает Виктор Ковшевный.

Со штрафами и пенями – это сотки миллионов рублей. Многие компании из-за этого обязаны просто закрыться.

– По нашим обязанностям в ВТО, эти пошлины и так должны придти к нулю, а у нас на данный момент начинают придираться к тому, что они у нас типо не так подсчитаны, что практически подводит компании к банкротству, – отмечает директор MIR-EXPO».

Экспорт лома ограничивать нельзя, считает эксперт, так как это позволяет обновить компаниям свои станки, оборудование и стать более конкурентоспособными. Когда ранее Наша родина воспринимала ограничения по экспорту лома, освободившиеся ниши всегда занимали США. На самом деле, это добровольческая сдача позиций. Ещё в 2004 Наша родина делила 1-ое место с США, а сейчас отстаёт в 4 раза.

– Мы ассоциировали время декларирования: если у нас на это уходит минимум 10 дней, то в США – нашем главном сопернике по лому – на это уходит менее 2-ух часов, – добавляет собеседник.

Меж тем, спрос на русский лом и цветной металл за рубежом высочайший. Связано с это, сначала, с экологией: в продвинутых странах равномерно отрешаются от грязной металлургии в пользу более незапятанной электрометаллургии, которая в тыщи раз меньше загрязняет воздух и окружающую среду и энергоэффективнее на 20-99% зависимо от вида металлов. И русское сырьё тут приходится как раз кстати. К примеру, только одна Япония готова закупать различных металлов вчетверо больше, чем Наша родина может поставить.

Банки и наличка

Не меньше заморочек у переработчиков лома и с банками, которые могут в один момент закрыть счета компаний и тем обездвиживать их деятельность.

– Делается это всё в рамках 115-го Федерального закона «О противодействии финансированию терроризма». Считается, что компании, которые работают на вторсырье, и а именно, на переработке лома, могут нелегально обналичивать средства, – объясняет Виктор Ковшевный.

Неувязка в том, что на рынке металлолома сильно много наличных средств – предприятия расплачиваются наличкой с популяцией за собранный лом – и нерадивые участники рынка употребляют это для обналичивания денег. Так, например, пару лет вспять были задержаны менеджер «Интеркоммерцбанка» Антон Чернухин, обладатель строительной компании «Континент» Кирилл Рогожкин и ещё семь человек, которые за три года под видом скупки у населения металлолома, золотых и серебряных монет обналичили и вывели за предел 26 млрд рублей.

Желание банков подстраховаться полностью понятно: управление банков несёт уголовщину в случае установления факта обналичивания. Но мучаются из-за этого всего и законные переработчики.

– Неувязка с банками началась с декабря 2015 года: тогда стали перекрыть счета. Реальный пример: компании 20 лет, а банк гласит, что закрывает счета и прекращает сервис, а за этой компанией – 500 человек персонала, есть производственные мощности, – ведает Виктор Ковшевный. – От этого не застрахованы даже большие компании. В декабре прошедшего года закрыли счета компании, у которой оборот в год – миллион тонн лома, а это 10 млрд рублей в год.

Другая мера, к которой прибегают банки, чтоб оградить себя – увеличение процента за снятие наличных.

– Средняя рентабельность законного переработчика составляет 2%. Если банки ставят заградительный тариф в 3-10% при достижении определённых характеристик, к примеру, миллиона рублей за месяц, это делает неосуществимым ведение бизнеса, – гласит директор «Руслом.ком».

2 Tab

Пример сырьевого потенциала, по данным MIR-EXPO»

Налог на доходы физлиц

Основной объём лома в Рф – 80% – идёт от населения (что логично, так как металлопотребление у населения подросло, а в индустрии, напротив, сократилось). По закону, если человек в год заработал на сдаче лома до 250 тыщ рублей, то ему не надо платить НДФЛ. Если же выше этой суммы, то он должен заплатить государству 13% с дохода. Но физлиц, которые выручают за металлолом более четверти миллиона рублей в год и при всем этом декларируют собственный доход, не много, потому правительство на НДФЛ особо не зарабатывает – речь идёт о 2-ух миллионах рублей в год – а вот у переработчиков из-за этого налога огромные трудности.

– Налоговая начинает инспектировать обоснованность расходов компании. 80% сдатчиков у переработчиков – это обычно физические лица. Налоговики берут контакты тех людей, кто сдал вторсырьё, и начинают им звонить. Фактически по всей Рф люди ведут себя идиентично: как раздается звонок, и выясняется, что это налоговая служба, граждане здесь же молвят, что они ни при чём, ничего не знают и ничего не сдавали. Они делают один, два, три звонка, и в 99,9% случаях люди отрешаются признавать, что они сдавали этот лом. Отрешаются, поэтому не декларировали собственный доход. А, по закону, даже если человек сдал лома меньше, чем на 250 тыщ рублей в год, он всё равно должен отчитаться перед налоговой, – разъясняет Виктор Ковшевный.

– Если физические лица не подтверждают, что они сдавали лом, то компаниям доначисляют налог за безосновательные издержки в размере 20% от прибыли за три года, что практически приводит к банкротству, – гласит директор отраслевой организации.

Некие компании даже стали записывать на видео, как люди сдают им лом, но это всё равно не принимается как доказательная база. Только отмена НДФЛ при сдаче лома решила бы эту делему, отмечает эксперт. А делему с банками посодействовал бы решить единый реестр переработчиков металлолома, который бы позволил выслеживать все валютные и вещественные потоки компаний и отсеивать незаконные компании. При внедрении неотклонимого саморегулирования на рынке для компании нарушение правил либо закона означало бы утрату бизнеса навечно. Вот поэтому такие меры более результативны, чем обычное лицензирование с различными требованиями в каждом регионе Рф, объясняет собеседник.

Чёрный рынок

Русский рынок лома с учётом автоутилизации и электрического лома оценивается приблизительно в 1 триллион рублей. По оценке организации «Руслом.ком», в Рф – около 10 тыщ компаний, которые собирают и перерабатывают лом, и половина из их – работают незаконно. Это много, беря во внимание, что в продвинутых странах толика чёрного рынка на уровне 15-20%.

– У их нет издержек ни на лицензии, ни на обеспечительные и природоохранные меры. К примеру, чтоб принять аккумулятор, требуются определённые ёмкости для работы с небезопасными отходами. Любая площадка должна быть забетонирована. У незаконного пт нет таких расходов, как у законного переработчика. И самое главное – нет проверок. В почти всех больших компаниях уже держат специальную комнату и 1-го либо два человека в штате только для того, чтоб работать с этими проверками. В среднем большая компания получает 20 проверок в год, – разъясняет Виктор Ковшевный.

Чем будет больше запретительных мер, тем будет больше нелегалов, отмечает эксперт.

– В Москве было много жалоб на нелегалов, в конечном итоге Собянин сделал так, что получение лицензий в Москве стало неосуществимым, даже через трибунал. Всё это в конечном итоге привело к тому, что законные компании закрылись, а две тыщи незаконных компаний только по цветному лому раскрылось, – ведает он.

– Рынок лома выживет при всех критериях, вопрос исключительно в том, какой он будет. Если эти условия буду разумные, то огромную часть рынка будут составлять белоснежные компании, а если будут только одни запретительные меры, то рынок лома станет стопроцентно чёрным, – добавляет директор MIR-EXPO» Виктор Ковшевный.